Тридцать лет назад. История одного переворота - 2.Когда Артен возвращается во Дворец, его встречает вооруженный до зубов патруль, бледные министры, истеричные кавалеры и причитающие заплаканные дамы. Обнаружив бестолковый переполох именно в той стадии, в которой он и ожидал, Артен привносит в него толику здравого смысла, приказывая убрать трупы отца и братьев в помещение ледника и вычистить зал, а также начать подготовку к пышной похоронной церемонии и скромной церемонии коронации.
читать дальшеОн приказывает немедленно прислать к нему министров внутренней и военной политики, придворных бардов и писарей для составления официального заявления о трагических событиях ночи, чтобы не позднее полудня отправить приглашения на обе церемонии всем послам и высокопоставленным персонам, а также разослать гонцов по всей стране - Артен полон решимости избежать плодящихся слухов и ненужной смуты. Также он дает указания допросить выживших участников преступного бунта и к вечеру доложить ему о результатах. Напоследок, чувствуя необходимость опробовать текст речи, набросанный им для подобного случая, он произносит пару воодушевляющих фраз о необходимости быть стойкими в столь тяжелую для государства минуту, которые слегка диссонируют с его мрачно-холодным видом. После чего, удовлетворенный, он отправляется к себе в комнаты, оставляя придворных в испуганном изумлении.
Затем Артен осматривает свои комнаты, решая, как разместить Советника. Советник Короля Джиллау жил в башне, но является ли это нормой? Где он может разместить этого юношу - в соседних ли покоях, в отдельной ли башне, в своей ли комнате - очень трудно найти в библиотеке информацию о подобных бытовых мелочах. Подобным мелочам этикета уделены порядка ста двадцати томов придворного "Свода Этикетов и Наиболее Продуманного Решения Всевозможных Возникающих Вопросов во Всех Областях и Качествах Жизни", но информация там настолько не упорядочена, ввиду способа написания оного Свода (на протяжении всей истории новые правила просто приписывались в конец последнего существующего тома по мере их возникновения, без всякого другого способа упорядочивания информации кроме хронологического), что Артен неизменно впадает в ярость при виде этого пыльного собрания бреда, большую часть которого составляют правила, вроде "к Королевскому седлу конюхам надлежит подходить не ближе чем на расстояние необходимое для подачи руки и с той стороны, в которую Король выразит жестом или движением всего тела желание спешиться. Излишне приблизившегося конюха надлежит сечь розгами на усмотрение Старшего Конюха - во устрашение и в назидание." Должность Смотрителя Свода была упразднена пятнадцать лет назад ввиду смерти от старости последнего Смотрителя, что совершенно не мешало Джиллау, который помнил феноменальное количество правил и ограничений. Артен же, штурмуя этот оплот ограниченности и торжества бюрократии, каждый раз клялся себе сжечь его на костре в честь какой-нибудь особенно блестящей победы. И сейчас, задумчиво оглядывая свои комнаты, он чувствует, что, пожалуй, через пару недель торжественно сожжет пару первых томов.
Так что когда Артен открывает дверь и смотрит в глаза своему Советнику, - внутри у него что-то восторженно замирает от осознания, что это его Советник, а, значит, казавшееся бесконечно далеким стало возможным, - он уже знает, что отныне будет придумывать только свои правила. И очень многим это не понравится.
- Жить будешь здесь, - говорит Артен, делая шаг в сторону. Прислушивается к тому, как это звучит, и повторяет: - Жить будем здесь.
И Сандр кивает спокойно.